|
Нам 90 лет
Совершенствуясь на ходу Интересно: слабо сегодняшнему молодому матросу рыболовного траулера представить себя в роли кочегара, отстоявшего вахту в угольной пыли и слегка отмывшегося под слабеньким душем, «заваливающегося» спать в тесном общем кубрике? А ведь было, все было за долгую историю Мурманского тралового флота, отмечающего в этом году 90-летний (!) юбилей. И некогда основу производственных мощностей тралфлота составляли именно работающие на угле «эртэшки». Нынешние крупнотоннажники по сравнению с ними - космические корабли... Вопрос о кардинальном обновлении флота старейшего в регионе рыбодобывающего предприятия особенно остро встал в пятидесятые годы теперь уже прошлого века. Преодолена послевоенная разруха, когда рады были хоть каким-то сохранившимся судам. Вернувшиеся с фронта солдаты весьма поспособствовали бурному приросту населения страны. Всех надо было кормить, и быстрее всего это можно было сделать в том числе и рыбой. Но в уже освоенных, тех, что поближе к берегу районах промысла ее уже начинало не хватать. Пора было идти дальше. На маловместительных и маломощных старых траулерах осваивать новые отдаленные «урожайные места» в море - затруднительно. Нужны были принципиально новые суда. Поистине поворотным стал 1955-й год, когда в Мурманский порт вошел невиданный прежде корабль. Высокие борта, усыпанная иллюминаторами рубка, а главное - необычно усеченная корма. В этом-то и была самая «изюминка»: на новом судне тралы поднимались и опускались не с бортов, как было принято, а по специальному кормовому слипу. Это был первый в тралфлоте БМРТ - построенный по заказу СССР в Германии большой морозильный рыболовный траулер «Пушкин». По тем временам это было чудо техники. Не говоря уже о том, что раньше судов таких размеров в тралфлоте и близко не было, траулер еще и оснащен был самым современным оборудованием: рефрижераторная установка, машины для обезглавливания рыбы и производства трескового филе. Просто «барскими» казались неизбалованным советским морякам и бытовые условия: одноместные каюты для комсостава, 2-4-местные для экипажа, кинозал, лазарет. И работать автономно такой траулер мог в любых районах Мирового океана, доставляя из каждого рейса свыше 600 тонн рыбопродукции. Да и улов обрабатывался уже не на палубе, а в помещении рыбофабрики. Ну а дальше переоснащение флота предприятия пошло уже по нарастающей. Бывший капитан, а сейчас председатель совета ветеранов МТФ Николай Гуцкалов водил в свое время на промысел современные БМРТ, но застал еще и «угольщики». Начинал службу в тралфлоте на паровом РТ «Сулин». Так сравнивать может с полным правом. Понятно, что такие типы судов отличались как небо и земля. А самыми удобными из крупнотоннажников, по его словам, были ППРы - производственные рефрижераторы, настоящие морские заводы. И все же основными «рабочими лошадками» на промысле стали конечно же БМРТ. Со временем в дополнение к «немцам» и «полякам» (в этих странах размещалось больше всего советских заказов на БМРТ) в состав флота стали поступать и БМРТ отечественной постройки. Но, как вспоминает Николай Гуцкалов, первый опыт был не совсем удачен. Так что рыбаки вовсе даже не жалели, что траулеров типа «Маяковский» пришло всего два. Слабоваты они были в техническом отношении. Хотя опыта наши судостроители набирались, и уже БМРТ типа «Алтай» отвечали большинству предъявляемым к ним требованиям. Впрочем, испытание Арктикой не всегда выдерживали и «европейцы». Да и сами по себе промысловые схемы на БМРТ иностранной постройки не полностью устраивали мурманских рыбаков. Конструкция трала не обеспечивала максимальной загрузки технологического оборудования. Помогала рыбацкая смекалка и ежедневная практика работы. Что-то судовые умельцы переделывали сами. Многие рекомендации специалистов тралфлота были использованы при дальнейшем строительстве больших морозильных траулеров на верфях Германии и Польши, взяли их на вооружение и отечественные корабелы. Кроме того, как писала тогда газета «Рыбный Мурман», на судах настойчиво внедрялась научная организация труда. Сотрудники созданной при тралфлоте лаборатории НОТ совместно с судовыми новаторскими бригадами разработали типовые планы добычи и обработки рыбы на БМРТ немецкой и польской постройки, изменили схему подачи рыбы, внедрили еще целый ряд рационализаторских предложений. Творческий подход тралфлотовцев к делу не замедлил сказаться: уловы росли год от года. Состав флота МТФ постоянно пополнялся в те годы новыми, улучшенными в том числе с учетом пожеланий специалистов предприятия современными траулерами. Со временем завидовать технической оснащенности Мурманского тралового флота стали даже наши заграничные соседи. Заметим, что традиция регулярного обновления и модернизации судов жива в Мурманском тралфлоте и поныне. Она не прерывалась даже в недавние ох какие непростые для предприятия лихие годы «реформирования» экономики в постсоветской России, поставившего многие рыбодобывающие компании на грань разорения. Но Тралфлот выжил. И во многом благодаря даже не технике, какой бы современной она ни была, а людям, простым труженикам предприятия, всему сплоченному коллективу. Вот и БМРТ , и другие крупнотоннажники - несмотря на все свое техническое совершенство управлялись ведь и управляются капитанами. От них прежде всего зависит успех на промысле. А возглавлять главную «огневую мощь» тралфлота всегда доверяли лучшим из капитанов. И, надо сказать, выбор был при этом необычайно труден. За долгие годы работы, порою в неимоверно сложных условиях, в коллективе МТФ выковалась целая плеяда выдающихся капитанов. Взять героев Социалистического труда, прославленных капитанов А.Я.Маклакова, П.Ф.Телова, В.И.Закурдаева (список можно продолжать и продолжать). Сидеть бы им на теплом месте, почивая на лаврах «передовиков производства». Так нет, постянно стремились к новым рекордам вылова, многие из них не колеблясь переходили на отстающие суда и выводили их в число лучших на флоте. Или взять легенду Тралового флота - капитана Андрея Филипповича Тарана. Это он на БМРТ «Серафимович» первым «открыл» Центрально-Восточную Атлантику с ее богатейшими рыбными запасами. Начинал в 16 лет юнгой, всю жизнь проработал на судах Тралфлота, и умер на борту своего корабля. Его именем названа одна из улиц Мурманска. Такие вот люди закладывали трудовые традиции и производственную мощь предприятия в далекие уже, но и вроде бы такие совсем близкие годы второй половины прошлого века.
Владимир Андреев * * *
Предчувствие великой победы Прелюбопытное это занятие – листать страницы архивных документов. И притом весьма познавательное. Особенно если «объекту» вашего внимания вскоре исполняется 90 лет! Да, в следующем году у старейшего рыбодобывающего предприятия региона – Мурманского тралового флота – юбилей. Чем не повод попытаться воочию убедиться, что все, чем сегодня гордится коллектив предприятия, его, если хотите, боевой дух ковался не только в дни побед и свершений, но и в тяжелейшие годы испытаний, выпавших на долю всей страны. Сегодня наш рассказ о нелегком предвоенном времени и о Великой отечественной войне, когда тралфлотовцы с честью доказали, что они не только отважные моряки, но и настоящие воины. Вот уж про кого можно сказать словами поэта: «медаль за бой, медаль за труд из одного металла льют». А в нашем историческом экскурсе как раз и помогут архивные документы.
Неверно было бы говорить, что в самом конце 30-х годов прошлого века «ничто не предвещало войны». В официальных передовицах газет, в убаюкивающих речах высших лиц государства, гордившихся подписанием мирного договора с Германией – может, и ничто. Но народ-то не обманешь. Предчувствие предстоящей большой беды витало в воздухе. А уж когда в ноябре 1939 года начались боевые действия с Финляндией, а мурманская область и Баренцево море объявили прифронтовыми районами, и подавно. Но как бы ни было тяжело на душе, тралфлотовцы рук не опускали, знали – кормить свой народ надо.
В том же 39-м ударно потрудились экипажи траулеров «М. Горький», «Аскольд», «Мойва», «Спартак», несмотря на усилившийся тогда дефицит угля выполнившие план года за 10 месяцев. В то время суда МТФ удачно промышляли в том числе на востоке Баренцева моря, у Новой Земли, Карских Ворот. И в предвоенном сороковом году трудились не хуже. Только в одном мае почти три десятка траулеров закончили рейсы досрочно и пришли в порт с полными трюмами. В частности, РТ-54 «Судак» выполнил годовой план к 7 ноября, ему было присвоено звание «Лучший рыболовный траулер СССР». В это же время на флоте продолжалось освоение новых методов лова. Состоялись первые испытания пелагического трала. В целом к 22 июня 1941 года тралфлотовцы добыли 1027 центнеров рыбы. Но началась война.
Хотя прежде еще раз необходимо вспомнить о том самом предчувствии. Первыми приближение беды почувствовали, как водится, женщины. И готовились заменить своих мужей на трудовом посту. Вот что докладывал на Мурманской городской партийной конференции первый секретарь обкома ВКП(б) М. Старостин о движении женщин за овладение мужскими профессиями: оно «приобрело массовый характер…за короткое время 527 женщин приняты на предприятия рыбной промышленности…многие заменили своих мужей, ушедших в ряды РККА». А вот из его же доклада о перестройке жизни области на военный лад – о работе рыбаков Мурмана 22 декабря 1941 года: «С объявлением войны основные суда тралового флота были переоборудованы для нужд Военно-Морского флота, остальные эвакуированы в Архангельск…Несмотря на военную обстановку и нахождение всех судов в зоне военных действий мы не прекращали лов и обработку рыбы…Наши моряки под бомбами вели работу по запору и облову сельди. Фашистские летчики расстреливали не только военные суда и тральщики, но и рыбацкие шлюпки…но мы сумели получить довольно большое количество сельди.
С начала войны мы, кроме оставленных в области необходимых запасов для населения, армии и флота, смогли дать стране, в основном Ленинграду и Москве, рыбы соленой 41822 ц, рыбьего жира 1151 ц.»
Но не дрейфили тралфлотовцы и в прямых боевых столкновениях с фашистскими захватчиками. Председатель совета ветеранов МТФ, прославленный капитан Николай Гуцкалов привел в разговоре со мной такие примеры. Старшие механики Александр Котов и Яков Кальшин призвались на Северный или, как тогда принято было говорить, в Северный флот вместе со своим «родным» РТ-79 «Тбилиси», ставшим боевым тральщиком. Корабль прошел всю войну, не раз попадал под ожесточенные бомбежки, а после войну вернулся в состав МТФ.
Тралфлотовец Владимир Гусев служил в войну на боевом корабле Северного флота. Немало пришлось пережить ему. В том числе и гибель своего корабля, буквально из-под его ног ушедшего в морскую пучину. Ветеран ушел из жизни два года назад. Вечная память ему и всем другим ветеранам Мурманского тралового флота…
А вот еще один красноречивый пример доблести моряков-краснофлотовцев в годы войны. «Смелый таран на море» - так называлась заметка в газете «Правда» от 5 декабря 1941 года: «Корабль совершал поход в северных водах. Стоящий на вахте старшина первой статьи Чижов обнаружил силуэт вражеской подводной лодки. Доложив командиру, Чижов и краснофлотец Потапов немедленно открыли огонь…Затем командир корабля Киреев полным ходом направил свое судно на лодку противника и протаранил ее. Фашисты нашли могилу на дне моря.»
И все же главной заботой тралфлотовцев оставалось обеспечение воюющих своих сограждан дарами моря. В обзоре Главсеврыбпрома по итогам 1941 года так оценивается их работа: «Моряки тралфлота работают в исключительно тяжелых условиях: радио не пользуются, поисковых судов нет, идут в район, не зная, есть ли там рыба. В условиях штормов, полярной ночи моряки работают, рискуя упасть за борт, не говоря уже об опасностях торпедирования, бомбежки». Всего за первые четыре года войны отгружено рыбы Ленинграду, Ленинградскому, Карельскому фронтам и Северному флоту 412 214 центнеров.
И снова о предчувствиях! Моряки-тралфлотовцы даже в самые тяжелые моменты ни на минуту не сомневались в победе. Уже в октябре 1944 года на судах МТФ развернулось социалистическое соревнование за достижение довоенных уловов. Инициатором его выступил экипаж РТ «Абрек». За почин добывать в течение года не меньше 30 тысяч центнеров рыбы на одно судно такие экипажи называли «тридцатитысячниками».
Но не всем довелось дожить до светлого победного дня. В списке погибших в годы войны траулерах значатся 22 названия. Причины разные: от авиации противника, торпедирование подлодкой, расстрел артиллерийским огнем противника, мины. Но все эти траулеры объединяет одно – они вместе со своими экипажа до конца выполнили свой долг перед Родиной.
Владимир Андреев
* * *
МТФ: зарождение добрых традиций К хорошему привыкаешь быстро. Сегодня даже далеко не самому молодому флотскому специалисту трудно себе представить, в каких условиях трудились первые мурманские траловики. Вот воспоминания одного из старейших капитанов Мурманского тралфлота Федора Михова: «Трал выбирали на палубу руками. Вся вахта во главе с капитаном или штурманом становилась вдоль борта и, приноравливаясь к волне, под напев «Дубинушки» тянула сеть…». К чему это мы? Да к тому, что скоро этот самый Мурманский тралфлот, старейшее рыбодобывающее предприятие Севера России, отмечает (подумать только!) уже 90-летний свой юбилей. Многое пришлось пережить, и многое изменилось за эти долгие годы. Ныне МТФ – один из мировых лидеров по объему и качеству судов, специализирующихся на лове пелагических видов рыб. Но юбилей прежде всего – хороший повод вспомнить, с чего же, собственно, все начиналось? Стоит отметить в данной связи о еще одном юбилее. Ровно сто лет назад, в 1910 году первую попытку, правда, неудачную, промышленного тралового лова в Баренцевом море предпринял русский рыботорговец К. Спаде на двух списанных за старостью английских траулерах. До него дважды в порядке эксперимента пытались использовать тралы рыбопромышленник Николай Копытов и его тезка, известный ученый Николай Книпович. Последний потом рассказывал, какой улов принес первый пробный «замет» допотопного трала: «в кутке копошились морские звезды, колючие ежи, раки-отшельники с цветками-актиниями, креветки». Но, как бы то ни было, начало было положено. Поставить дело на поток удалось уже после революции и последовавшей затем на Севере иностранной интервенции. Мурманск той поры сложно было назвать городом в обычном понимании, так, скопище разбросанных по сопкам бараков и хибар. В «ошалевшей от горя России» идет еще Гражданская война, в стране разруха и голод. Но, как говорится, война-войной, а обед должен быть по расписанию. Иначе крайне важный для молодой республики объект, каковым бесспорно являлся Мурманск со своим незамерзающим портом, не поднять и людей сюда, на край земли не завлечь. Большевики прекрасно это понимали и неслучайно одним из первых их декретов отвечавшего тогда и за Мурманск Архангельского губисполкома-ревкома 12 реквизированных у царского правительства тральщиков были национализированы и переданы в распоряжение Беломорского управления рыбо-звериными промыслами. Ведь рыба – вот она, под боком, ею быстрей всего можно накормить перебивавшихся сухарями работников. Так и было положено начало регулярному траловому промыслу в северных водах. Впрочем, день рождения можно в данном случае отмечать дважды. Если официальной датой создания тралового флота считается 19 марта 1920 года, когда вышел вышеупомянутый декрет, то фактическое рождение флота произошло 29 июня того же года, когда впервые под флагом Советской России вышел в свой первый промысловый рейс траулер Т-30. Тогда же стали закладываться первые добрые традиции тралфлотовцев, ныне являющиеся отличительным «брэндом» МТФ. Экипажи (тогда говорили номера) первых судов в основном набирались из молодых архангельских коренных поморов. Крепких ребят, с малых лет приученных к тяжелому крестьянскому труду, хорошо уже знакомых и с морем. К бытовой неустроенности им было не привыкать, да и разносолами не избалованные. Однако кормить основу флота надо было хорошо, одевать тоже, чтоб новой своей работой парни могли гордиться. Скоро по всей стране разлетелась весть, что есть, мол, на далеком Севере такое предприятие, где главное лишь исправно трудись, не волынь, а уж тебя «харчами» не обидят. Сегодня и слово-то такое подзабыто, но суть остается той же. И сейчас хоть работники МТФ со стажем, хоть те «счастливчики», которым только удалось устроиться в дружный коллектив, абсолютно уверены, что здесь им всегда обеспечена и достойная зарплата, и весь положенный по закону социальный пакет. Руководство предприятия им это гарантирует на «все сто», как бы при этом ни было трудно изыскивать свободные финансовые возможности. Это, грубо говоря, не забота рыбака. От него требуется лишь добросовестное отношение к делу. Еще одна традиция, заложенная в те же самые суровые годы послевоенного лихолетья. Тралфлот никогда не был неким государством в государстве, думающем только о своекорыстном интересе. Собранные со всей страны мужики, и сами горя хлебнувшие, и знающие как живут их родные, земляки, их, по большому счету, сограждане по великой, но изголодавшейся стране, всегда готовы были прийти на помощь. Еще в далеком 1921-м году делегаты первого съезда рыбаков Мурмана заявляли: «красные ловцы Мурмана будут первыми…в этой тяжелой борьбе с разрухой и голодом». Каждый добытый тралфлотовцами центнер рыбы, бывшей тогда на вес золота, становился настоящим спасением не только для строителей Мурманска, но и жителей голодающего Питера, других городов России. Сегодня, понятно, так остро вопрос не стоит, но… С самого начала ввода в действие городской социальной программы «Дешевая рыба», призванной обеспечить продукцией по доступным ценам малообеспеченные категории мурманчан, Траловый флот является одним из основных поставщиков даров моря для реализации программы. Только за прошлый год суда МТФ доставили в родной порт в рамках программы свыше 200 тонн рыбы разных видов. Чем не добрая традиция? Кстати, еще один своего рода юбилей. Пусть он и более знаменателен для специалистов предприятия. Со временем тралфлотовцы настолько уверенно освоили тонкости промысла в арктических водах, что объемы вылова стали даже превышать необходимые для «откорма» земляков. Поэтому, начиная с 1928 года, появилась возможность направлять часть добытой рыбной продукции на экспорт. Ежегодно 15-20 тысяч центнеров клипфиска отгружалось в Италию, Грецию, Англию и Египет. В Германию и Голландию в год шло до 19 тысяч центнеров рыбной муки, страны Востока охотно покупали рыбий жир. И сегодня компании, входящие в «Консорциум «Мурманский траловый флот», немалые объемы своей продукции отправляют с выгодой для себя и бюджета всех уровней за рубеж. При этом – основополагающий принцип предприятия – не забывают и о земляках. Большая часть добытых даров моря доставляются на родной российский берег. И это также незыблемая традиция коллектива МТФ. Таково было начало долгой истории предприятия, только вступившего на славный путь. Многое еще пришлось пережить коллективу, но это уже тема для отдельного разговора…
Владимир Андреев * * * ...Ведь это и наш родной город! Мы говорим Тралфлот - подразумеваем Мурманск, говорим Мурманск - подразумеваем Тралфлот...Так, несколько перефразировав известного поэта, вполне можно охарактеризовать взаимоотношения «рыбной столицы» и старейшего на Северном бассейне рыбодобывающего предприятия.
И здесь не будет никакого преувеличения. Мурманский траловый флот, готовящийся отметить в следующем году 90-летие со дня основания, множеством нитей неразрывно связан с жизнью города и всего региона. Тысячи мурманчан и приезжавших в Заполярье молодых людей со всей страны находили на предприятии работу с более чем достойной зарплатой. Практически во всех районах Мирового океана вели промысел свыше сотни судов МТФ различного класса. В родной порт они ежегодно доставляли рыбы и морепродуктов по 600 тысяч тонн и более.
Но так было до начала девяностых. Развернувшиеся тогда в твердо «вернувшейся на путь капиталистического развития» России экономические реформы больно ударили по многим даже вполне успешным до того предприятиям страны. Мурманский траловый флот не был, увы, исключением. Ему буквально приходилось выживать. Среди вынужденных мер той поры: сокращение промысла в отдаленных районах из-за высоких затрат на транспортировку рыбы и снабжение, переориентировка на более выгодные (большей частью зарубежные) рынки сбыта своей продукции, сдача в аренду чужим компаниям крупнотоннажных судов - некогда гордости флота. Кроме того, пришлось списать многие другие суда как морально и физически устаревшие, но еще способные послужить предприятию. И, наконец, «оптимизировать» личный состав флота, что зачастую означало банальное сокращение работников. Но деваться было просто некуда. Необходимо было «ужаться» с расходами, и все-таки не потерять Тралфлот как крупнейшее и заслуженное рыбодобывающее предприятие.
И к чести его руководителей, они не опустили руки, как могли, минимизировали потери. Более того, постепенно стали приноравливаться к новым реалиям. В 1992 году бывшее государственное предприятие по решению всего коллектива изменило форму собственности и стало акционерным обществом открытого типа. Но таковыми тогда становились многие предприятия, а уж среди мурманских рыбодобывающих компаний - практически все. Надо было предпринять еще более эффективный ход. В МТФ пошли по пути создания небольших мобильных, но лучше управляемых компаний, способных более оперативно решать поставленные перед ними задачи. Тем самым первоочередные цели выживания были достигнуты. А так как тяга к единству у родственных по сути предприятий не пропадала и в период лихолетья, следующим логическим шагом стало их воссоединение, но уже на качественно иной основе - юридически самостоятельные компании добровольно вошли в 1999 году в некоммерческое объединение «Консорциум «Мурманский траловый флот». Решение оказалось верным: за прошедшие после объединения 10 лет общий объем добычи рыбы увеличился более чем на 60 процентов. Средний вылов за одни промысловые сутки вырос за тот же срок в 2 с половиной раза.
Наличие в составе Консорциума сразу нескольких родственных, но все же отдельных компаний, да и общее обострение конкуренции на рыбном рынке ставили перед необходимостью введения более четкой, а в чем-то и более жесткой структуры управления. Или, если хотите, более скоординированной вертикали власти. В продолжение преобразований решено было полномочия единоличного исполнительного органа передать специально для этого созданного ООО «Управляющая компания». Что и было сделано в 2004 году.
Сама жизнь показала правильность выбранного пути. Реорганизация позволила действовать с расчетом на долгосрочную перспективу. В компаниях Консорциума стали появляться вновь приобретенные современные суда, а модернизацию прошли практически все имеющиеся. Успешно развивается собственное рыбоперерабатывающее производство. Всего же только за два последних года инвестиции в основной капитал предприятия составили свыше 900 миллионов рублей. И что особенно примечательно, сегодня объемы вылова вышли на уровень тех годов, когда в составе флота числилось 100 судов. А ведь на данный момент Консорциум владеет всего тремя десятками крупно- и среднетоннажных траулеров. Обновление и модернизация флота дают о себе знать.
Не секрет, что на первых порах новации в МТФ вызывали не только у отдельных региональных чиновников различных ведомств, но даже и у специалистов рыбохозяйственного комплекса Мурманской области некоторое, скажем так, недопонимание. Мол, сначала «штаб-квартира» (то бишь, управляющая компания) Консорциума обосновалась в Москве, а скоро, глядишь, и налоги «уведут» из региона в столицу. Но со временем даже скептики убедились, что «изменять» родному Мурманску в Тралфлоте не собираются. Предприятие по-прежнему является одним из крупнейших налогоплательщиков региона. Только за прошлый год в бюджеты всех уровней перечислен почти 1 миллиард рублей в виде налогов и обязательных сборов.
Еще больший вклад Консорциум вносит в развитие социальных программ Мурманской области. Входящие в объединение компании - среди той далеко не самой многочисленной группы предприятий края, что предоставляют своим работникам полный социальный пакет гарантий и льгот, предусмотренных действующим российским законодательством. Уровень зарплат в Консорциуме повышается в последние годы с завидным постоянством. Тралфлот и в сегодняшнее нелегкое кризисное время обеспечивает работой более трех тысяч мурманчан.
Кстати, о городе и горожанах. В Консорциуме давно принято за правило оказывать посильную, в том числе и материальную помощь не только своим работникам, но и самым различным бюджетным организациям и общественным объединениям областного центра. В частности, лишь в прошлом году на финансирование социальных программ и благотворительные цели направлено было свыше 20 миллионов рублей. Многие мурманчане из не самых обеспеченных категорий наших земляков благодарны действующей в городе социальной программе «Дешевая рыба». Так вот, только за 2008 год на ее обеспечение доступной продукцией Тралфлотом отгружено 233 тонны рыбы всех видов. И какая, собственно, получается разница, где при этом находится головной офис Консорциума. Цифры, как и факты, вещь упрямая. А и те, и другие говорят сами за себя...
Андрей Попов * * * К годовщине МТФ Возвращается после завершения промыслового рейса в Тенерифе Супертраулер МТФ «Александр Косарев». Экипаж сделал все невозможное и выполнил поставленную перед ним задачу. Это типичный как 20-30 лет назад тралфлотовский коллектив, работоспособный, не унывающий, как единое целое со своим капитаном Витковским А.Ф. Нынче на судах МТФ специалисты, составляющие основу команды - патриоты. Патриоты Мурманского тралового флота. Велик, могуч своим потенциалом, моральным духом. Весь север в глобальном понятии этого смысла обеспечил он кадрами, высококлассными специалистами. На контейнеровозах, танкерах, буровых платформах компаний европейских, африканских, азиатских государств работают наши капитаны, механики. Сегодня нам нужна ваша помощь. 50 лет исполнилось в этом году моей работы на промысловых судах МТФ. На разных должностях, международных форумах представлял и защищал интересы правительства РФ, флота. Все в работе было подчинено интересам государства. И сегодня я не потерялся среди нашей прекрасной молодежи, продолжателей династии своих отцов, дедов. Поддерживаю тех капитанов, которые не выдерживают психологической нагрузки. Флот вошел в кризис, и вне всякого сомнения выстоит, при поддержке коллектива. Тысячи, многие тысячи бывших тралфлотовцев следят и переживают за судьбу своего коллектива. От плавсостава поздравляю с 89 годовщиной создания всех моряков, менеджмент, Юрия Борисовича Пруткова, сохранившего флот, его боевые знамена. Доброго Вам здоровья Юрий Борисович! Величия и процветания тебе Мурманский траловый флот!
С уважением,
Главный инспектор Г.Кайгородов
ЦВА апрель 2009 год. * * * К годовщине МТФ
Неразделенная любовь
Производственно-промысловый рефрижератор капитана Решетова П.П. которого, я подменял по болезни, уже готовился к всплытию в доке на Мурманской судоверфи, когда мне поступила команда передать судно старшему помощнику и срочно прибыть в службу мореплавания. Краном был снят на причал, и вот уже получаю новое назначение на "Орбиту". 3 часа на сборы и на катере на рейд, на отходящий в северо-западную
Атлантику БМРТ.
Все уже готово к отходу, передача дел, последние моряки получают аттестаты и вот в каюту капитана зашла молодая женщина, видно, что она расстроена, на лице следы слез, она также подлежит списанию. С ее стороны последняя попытка просить капитана оставить ее, но он в резкой форме отказал: «Нет. Получите аттестат». И вдруг через несколько минут тревога, сигналы колокола громкого боя "человек за бортом". Водная поверхность освещена прожекторами, за борт полетели спасательные нагрудники, круги. Та девушка, не смирившись со своей участью, бросилась за борт. Стоял январь, зима, температура воздуха градусов 12. Вся команда на верхней, шлюпочной палубах, еще не осмыслив до конца случившееся, не приступив к спасению, снова ошеломлена, за борт прыгает реф.механик. Вот уже двое на поверхности в ледяной воде. Их не отнесло далеко от борта, на рейде в этот момент была стоячая вода - им просто повезло! Здесь уже я вступаю в права капитана. Подошедший с пограничниками катер отходит от трапа и поднимает из воды обоих. Реф.механика берем на борт под душ, девушку оставляем в катере. К ней спускается доктор с шерстяными одеялами и бутылкой спирта для растирания. Катер полным ходом следует к причалу, где сдают покушавшуюся на свою жизнь молодую женщину в машину скорой помощи. Прошло много лет, по-другому осмысливаю те события начала 70-х годов, в одном схожусь с однозначной оценкой, эта пара молодых людей не была осуждена людским мнением, не вызвала чувства раздражения (кроме доктора понесшего убыток), а наоборот - сочувствия, сожаления в том, что случилось, возможно, мы поступили жестко, разлучили двух молодых людей, а может иначе нельзя было. Красивые были люди, одна в знак протеста разлучить ее, не задумываясь, бросается в море, другой также летит за борт, вслед за ней, чтобы спасти. Яркая натура в образе морячки по имени Анастасия, явилась по существу повторением той неразделенной любви, что отражена не раз в жизни русского общества. Происшествие с хорошей концовкой скоро было забыто, мы шли на Лабрадор во льды, а я к тому же - впервые.
Г. Кайгородов
Атлантика 2009 г.
* * *
На лабрадоре.
Кромку льда пересекли и, выбирая прогалины, пошли в район работы судов, где сосредоточилась мощная группировка. Это была организация промыслового района министерского масштаба. В основу решения лег прогноз ПИНРО. Почти весь крупнотоннажный флот северного и западного бассейнов был уже на местах. Казалось, все учтено, предусмотрено для успешного промысла. Через панамский канал с дальнего востока шел ледокол "Владивосток", несли вахту морские спасательные буксиры.
Командированы были на суда в помощь заместитель начальника МТФ Зайцев Б.Г., главный инженер севгосрыбфлотинспекции, капитаны-наставники. Мурманская студия телевидения направила своего оператора Аверкиева. В январе, вначале лед был светлый, мягкий. Выбирали полыньи, ставили трал и по течению делали траления. Треска пошла. Однако ледовая обстановка менялась и очень резко. Если на вечерний пейзаж можно только радоваться, то утром ничего нельзя было узнать: все забито плотным льдом -10 баллов. И так потекли длинные сутки за сутками. Крепчал мороз, полыньи во льду замерзли до зеркальной поверхности, по которым несло поземку. Появились первые аварии, а за ними следующие, и все более серьезные. Обламывали кромки лопастей гребных винтов, затапливали шахты, выгородки в судовых конструкциях, от ударов о лед форштевни приобретали вид «волчьей пасти». Дорого обходилась халатность, невнимательность, да еще на судах, не имеющих ледового подкрепления. Нас спасло то, что в рулевой рубке лобовое стекло всегда было открыто, штурмана одеты в зимнюю одежду и лицо наружу. Луч 3-х киловатного прожектора на кромке носовой оконечности освещал ледовую обстановку только прямо по носу, но этого хватало. Плотность льда стала практически сплошной. Если постановка трала начиналась на глубине 180 метров, то заканчивалась на 600 метрах. Здесь уже двигались по направлению дрейфа, чтобы не посадить ваер на льдину. Рыбных показаний на приборах через лед не видели, но уловы трески имели на всем диапазоне глубины. Вот ледовую обстановку не смогли нам спрогнозировать. С севера подходили новые ледяные поля с вкраплениями тяжелых льдин, обломками айсбергов, торосами от них. Каждый шпангоут в районе переменной ватерлинии нашего БМРТ был виден (каждое ребрышко), бортовая обшивка вдавлена и зачищена до блеска, до белизны. От удара рамовый шпангоут в рефотделении был вмят до самого предела. Кульминацией, когда промысел стал под вопросом, послужила авария на БМРТ "Мамин-Сибиряк".
В тот вечер я проходил этим районом полынью протяженностью в несколько миль при сильном ветре. Волна была настолько крутая, что крупные льдины на ее гребне обнажали свою подводную подтаявшую часть со многими длинными "зубьями".
«Только бы не накинуло эту в сотню тонн махину на бак, только бы не ударила в борт, успеть отвести корму». Так встречали сквозь снежный заряд в свете прожектора одну льдину за другой и провожали. Мы прошли это «минное поле». Снова вошли в лед, волна сгладилась, можно прийти в себя. И тут услышали по радио капитана БМРТ - 0405 Ушакова Ф.Ф., он сообщил, что судно получило пробоину в реф.отделении, с креном лежит в дрейфе. Ближним к нему оказался Архангельский БМРТ, с которого спустили катер и доставили погружной насос для откачки воды. Настоящие моряки архангелогородцы. А на аварийном судне льдина проломила борт по длине более 2-х метров, высоте 70 см. Вода метровым валом быстро затопила реф.отделение. Моряки, механики покинули отсек, задраили водонепроницаемую дверь, под напором воды ее стало выжимать, тогда ее заварили, чем и предотвратили затопление машинного отделения. Небольшое поступление воды поддавалось откачке, работа генераторов была ограничена, котел остановлен. Попытка команды завести пластырь, куда бросали спальные матрасы результатов уже не дала.
Утром погода подтихла, подошел СМБ «Капитан Нохрин» и в его сопровождении БМРТ пошел в Сен-Пьер на ремонт. В марте лед стал нас «выдавливать» на СНБ и дальше на юг. Появился серый лед, от которого судно отскакивало как от монолита. Заканчивали промысел уже на Флемиш Капе, на чистой воде. Те обломки айсбергов, что выносило течением уже были не в счет, хотя БМРТ «Планета» столкнулся, от удара в айсберг укоротил себе носовую оконечность на метры. В Канаде его "зашили", и в таком усеченном виде он пошел в Мурманск. Здесь уж не до красоты - лишь бы пересечь океан. Так закончилась ледовая эпопея. слишком большие и многочисленные потери понес флот. Душевные, моральные потрясения, выпавшие на долю капитанов, экипажей аварийных судов - не измерить ничем. Не раз потом я просыпался от ужаса, все еще казалось, что судно скрежет бортом о лед, хотя наяву море было чистым и прекрасным.
Р.S.
Меня спрашивают, те из нашей прекрасной молодежи, флотской династии, кто завтра взойдут на капитанское место: «На что нам рассчитывать». Конечно же верить в себя, в разум тех, кто ведет наш флот все эти трудные годы. Надеяться только на лучшее. «Русь-тройка, куда несешься, дай ответ! не дает ответа».
Г. Кайгородов
Атлантика 2009 г.
| |
